Вход на сайт / Регистрация RSS Контакты
История » Архитектура » Эмигрантские дома в Либаве. 1913 год
04.04.2018 / Комментарии 0

Эмигрантские дома в Либаве. 1913 год


Либавские газеты за 1905 -1914 гг. пестрят сообщениями об эмиграции из самого западного порта Российской империи в Америку. Портал «Либавский вестник» планомерно занимается отбором и систематизацией этих многочисленных сведений, содержащих массу статистической информации – цифр, дат, данных о движении судов на линии Либава - Галифакс - Нью-Йорк, количестве выехавших и возвращенных в Либаву людей.  Все это сложная информация, достойная отдельной серьезной статьи.

Сегодня рассказ об эмигрантских домах как насущной проблеме города вынужденного принять на себя бремя встреч и проводов тысяч людей, решивших в начале XX века по разным причинам покинуть родину.

Далее, кратко по источнику

«Русская эмиграция достигла своего пика в 1905/1906 гг. До этого желающие выехать в Америку пользовались судами пароходных компаний, которые доставляли их из России до портов Западной Европы – Антверпена, Гамбурга и Бремена, оттуда до конечного пункта в Новом Свете.  С 1907 г. в связи с экономическим кризисом в США и открытием линии Либава — Нью-Йорк эмиграционный поток пошел на убыль. Пик эмиграции приходился на революционные 1905-1906 гг. Эмиграция после революции носила более устойчивый характер. Увеличивается количество женщин-эмигранток. Из 24 479 российских эмигрантов, выехавших через Антверпен в 1905 г., 13 717 составляли мужчины и 10762 женщины. В 1906 г. общее количество выехавших составило 35 724, из них мужчин — 20 286, женщин — 15 438. Уже в более спокойном 1909 г. количество эмигрантов равнялось 24 401, из них мужчин — 15 030, женщин — 937121.

Значительное количество переселенцев из России уезжало в Америку на судах Русско-Восточно-Азиатского пароходства, Датского пароходного общества и пароходного общества «Балтийский Ллойд» через торговый порт города Либавы. Так, общее число выехавших этим путем составляло с 1 января 1913 г. по 1 января 1914 г. 70 73422. К 1912 г. в Либаве находились отделения следующих пароходных обществ: Русско-Восточно-Азиатского, Северо-Западного и контора «Карлсберг-Спиро», отправлявшая эмигрантов через Англию. Русско-Восточно-Азиатское пароходство отправляло своих пассажиров непосредственно в Нью-Йорк. По просьбе эмигрантов в марте 1910 г. в Либаве был создан Комитет кассы взаимопомощи эмигрантам. Председателем этого Комитета был Любавский полицмейстер Н. Е. Подушкин. В конце 1912 г. Русско-Восточно-Азиатское пароходство выстроило дом для эмигрантов на 768 человек, где они могли бы пользоваться бесплатно удобной квартирой в течение 5 дней (За счет пароходного общества. — Э. П.), а последующие дни — по 25 коп. в сутки. Некоторые из эмигрантов селились на частных квартирах, сдаваемых в городе. «В комнатах кровати деревянные и довольно узкие, тюфяки наполнены соломой, и покрыты не всегда чистыми простынями. Ради экономии хозяева квартир сгоняют всю массу эмигрантов в одну-две комнаты, остальные же содержатся свободными, но запертыми»23. С 1909 г. по распоряжению курляндского губернатора контроль над содержанием эмигрантских квартир возлагался на полицию. Обязательными являлись следующие условия содержания: в доме, где жили эмигранты, не могли проживать местные жители; эмигрантские квартиры устраивались по коридорной системе; наблюдение за санитарным состоянием».

Два здания бывших эмигрантских домов Русского Восточно-Азиатского пароходства в Лиепае (Либава), вполне сохранных, перенесших две войны, советское прошлое в качестве "Учебки Связи" военно-морского флота СССР и способных функционально продолжить существование, были снесены местной властью— одно в конце 90-х, другое в 2016 году, якобы для расчистки и реновации территории для будущих бизнес проектов.

Справа, на дальнем плане эмигрантские дома Русского Восточно-Азиатского пароходства (Anno 1912). Снимок сделан с водонапорной башни маслобойного завода. На переднем плане цеха анилинового завода. По центру на дальнем плане здание пассажирской ЖД станции Либавы, за ним слева цеха завода «Бёкер и Ко».

Открытка 1912 года.

Как было упомянуто, конкурентом Русского Восточно-Азиатского пароходства, осуществлявшего пассажирские перевозки на линии Либава-Галифакс-Нью-Йорк, было Северо-Западное пароходство. В 1913 году эта компания возвела свое здание эмигрантского дома по адресу Бассейная улица №9, который сохранился до наших дней в первозданном виде, но в настоящее время пустует. В советское время в нем располагалось женское студенческое общежитие. 

Эмигрантский дом Северо-Западного пароходства. Бассейная улица, 9 (Baseina iela). Фото: март 2018 года.

Эмигрантский дом Северо-Западного пароходства. Бассейная улица, 9 (Baseina iela).
На снимке часть здания по улице Каменной (Akmeņu iela). Фото март 2018 года.

Инициаторов и владельцев столь экзотических и противоречащих латвийскому законодательству вывесок установить не удалось. Возможно, это бутафория, оставшаяся после съемок неизвестного фильма (Фильм назывался "1905", его снимала Рижская киностудия осенью 2017 - зимой 2018 года. - Прим. НАшаЛИепая.) или смелая реклама неудавшегося бизнеса. В любом случае, сегодня здание не носит признаков жизни, но находится в превосходном состоянии, радует любителей редких видов  и вполне возвращает к далекому времени, когда империя была огромной, а погоны и рубли золотыми.

Двор эмигрантского дома Северо-Западного пароходства.
Бассейная улица, 9 (Baseina iela).

Итак, что пишет газета "Вестник Либавы" за 24-е марта 1913 года о новом эмигрантском доме:

Дополним карты 1903 и 1910 годов издания местами расположения эмигрантских домов и Морского вокзала для эмигрантов.

Карта 1903 года.

Карта 1910 года.

Остаётся добавить малоизвестный доныне факт — район эмигрантского Морского вокзала называли в Либаве "Сахалин".

На этом можно было бы и закончить, но в поисках информации по "Северо-Западному пароходству" упомянутому в заметке, пришлось столкнуться с любопытными фактами. 

Во-первых, уточнить названия судов, принадлежавших С.-Западному пароходству, стало возможным только с помощью архивных документов и справочной литературы, порою методом исключения, так как одно из судов - "Одесса", - повсеместно упоминается, как принадлежащие "Добровольному флоту". Вопросов по пароходу "Саратов", тесно связанному с историй Либавы и молодой Латвийской республикой, нет. (На "Саратове", стоявшем летом 1919 года в Либаве (Лиепая после 1918 г.), размещалось Первое правительство Латвии под руководством Карлиса Ульманиса).

Также пароход "Саратов" упоминается в заметке "Вестника Либавы" за март 1912 года:

Газета "Вестник Либавы". Март 1912 года.

Пароход "Одесса" был куплен "Северо-Западным пароходством" у «Русское Общество Пароходства и Торговли» (РОПиТ) и работал в 1910-14 гг. на линиях по перевозке эмигрантов из Либавы в порты Европы.

Во-вторых, из справочника Российских судоходных компаний удалось узнать, что  Русское Северо-Западное пароходство создано в 1907 году  С. Мясоедовым совместно с братьями Фрейбергами. Но имя полковника Сергей Мясоедова хорошо известно историкам по громким шпионским и финансовым скандалам в бытность его дружбы с Военным министром В. А. СухомлиновымТот ли это Мясоедов и имеет ли он отношение к Либаве?

Флаг Русского Северо-Западного пароходства.

Выдержка из книги петербургского историка Льва Лурье "Хищницы", глава IV:

«… с Сергеем Мясоедовым и его супругой Кларой Сухомлиновы познакомились еще до свадьбы, в 1909 году. Мясоедовы развлекали Екатерину Викторовну, помогали ей чувствовать себя тонной петербургской дамой, госпожой министершей.

После венчания супружеские пары еще больше сблизились. Лето 1910 года провели вместе в лучшей гостинице Карлсбада «Пупп». Мясоедов превратил эти летние дни в праздник – с поездками в имения и замки, пикниками, посещением венской оперы. По возвращении в Петербург Мясоедов стал бывать у Сухомлиновых запросто и даже мог позволить себе прикорнуть на турецком диване в кабинете военного министра. Ну как было не помочь милому другу в его проблемах. А проблем у Сергея Николаевича хватало.

Мясоедов начинал службу пехотным офицером в Оренбурге и обратил на себя благосклонное внимание начальства. Он был мужчина представительный, обладал огромной физической силой и резким истинно военным характером. Мясоедовы – хорошая дворянская семья, и на фоне своих товарищей по полку Сергей Николаевич выделялся свободным знанием немецкого языка, воспитанностью и стремлением сделать настоящую карьеру. Но тогдашняя армия быстрой карьеры не обещала, и Сергей Николаевич перешел в корпус жандармов.

Знание немецкого языка здесь ценилось, и вскоре Мясоедов получил назначение помощником начальника жандармского управления пограничной с Германией железнодорожной станции Вержболово. Через семь лет он станет начальником управления. Мясоедов встречал и провожал всех русских сановников и западных дипломатов, отправлявшихся в Европу или возвращавшихся домой, и познакомился тем самым с чрезвычайно влиятельными людьми. Сергей Николаевич был представлен государю. Скромный жандармский подполковник стал кавалером 26 орденов и медалей, включая польский орден Белого Орла.

Сергей Мясоедов – человек хитрый, способный, настоящая продувная бестия. За руку его никто не ловил, но было общеизвестно, что «нужные» люди всегда могли провезти через Вержболово без всякой пошлины любые товары. В 1906 году Мясоедов сумел убедить Генеральный штаб выделить ему средства на приобретение новейшей модели автомобиля «Бенц». На этой машине, под предлогом разведки немецких оборонительных сооружений на границе, он неоднократно совершал поездки в Германию. В багажнике «Бенца» находился специальный тайник, где хранились секретные документы. Но были ли это шпионские сведения, как полагали коллеги Мясоедова по департаменту полиции, или обыкновенная контрабанда – неизвестно.

Главный доход подполковнику Мясоедову приносили эмигранты. В годы службы подполковника в Вержболове только в Америку из России выезжало ежегодно по 100 тысяч человек, по преимуществу евреев.

Получение заграничного паспорта, покупка билета на пароход – все это для несчастных, чаще всего почти не говоривших по-русски бедняков, становилось огромной проблемой. Им приходилось давать взятки и полиции, и пограничному контролю, многократно переплачивать за пароходные билеты или уходить через границу нелегально.

Зарабатывать на потоке эмигрантов было необыкновенно выгодно, и в этом бизнесе существовала огромная конкуренция. Мясоедов не безвозмездно «крышевал» несколько контор, занимавшихся организацией переселения: бюро обмена валюты Отто Гринберга, агентство пароходных билетов «Герце, Гринберг и Левинсон», эмиграционную компанию «Карлсберг, Спиро и Ко».

Видимо, многогранная деятельность Сергея Николаевича вызывала зависть, и даже ненависть у многих его коллег. В 1906 году, получив очередной донос на Мясоедова, директор департамента полиции Михаил Трусевич решил покончить со своим подчиненным сомнительной репутации. Возможно, он искренне полагал, что если Мясоедов провозит контрабандой вино и оружие, то за деньги он мог перевозить через границу и грузы для революционеров.

В Вержболово Трусевич отправил жандармского ротмистра Пономарева. Работал тот грубо: дважды пытался подложить в «Бенц» Мясоедова оружие и дважды был словлен за руку. От отчаянья ротмистр решил раскрыть целую шайку «контрабандистов», заказав одиннадцати жителям Вержболова перевоз через границу мешков, в которые вложил пистолеты, эсеровские и анархистские газеты. Потом он этих людей задержал. И они были преданы военно-полевому суду, и им всем угрожал смертный приговор.

Обозленный преступными ухищрениями Пономарева, Мясоедов дал на суде показания, разоблачившие ротмистра как очевидного провокатора. Подсудимых оправдали. Пономарев был вынужден уйти в отставку. И тогда Трусевич пожаловался на Мясоедова премьер-министру и по совместительству министру внутренних дел Петру Столыпину. Столыпин считал провокацию вполне разумным методом борьбы с революционерами и счел показания Мясоедова предательскими по отношению к коллеге жандарму. Он приказал перевести Мясоедова из Вержболова «куда-либо во внутренние губернии, но, во всяком случае, не ближе меридиана Самары». Подполковник отдельного корпуса жандармов Сергей Мясоедов в сентябре 1907 года был вынужден подать в отставку.

Он, теперь уже легально, продолжил заниматься бизнесом на эмиграции в «Северо-западной пароходной компании». Числился совладельцем, но выполнял функции начальника службы безопасности, пытаясь охранять интересы настоящих владельцев, братьев Фрейбергов, от конкурентов и алчных чиновников. Владельцы даже сняли супругам Мясоедовым служебную квартиру в Петербурге на Колокольной улице»...

С более сдержанным взглядом на историю жандармского полковника, в отличие от эмоционально художественной подачи Льва Лурье, можно ознакомиться здесьВ любом случае прибыльный бизнес по переправке российских подданных в Новый Свет привлек в Либаву как честных и сострадательных предпринимателей, так и разного рода проходимцев, что при огромных перемещающихся массах людей практически неизбежно.

Пароход с эмигрантами в гавани Нью-Йорка. 1911 год.

Продолжение следует.

Глеб Юдин. 2018 год.

Фотографии из доступных источников и из личной коллекции автора.

Документы из личной коллекции автора.

Выдержки из газет: Российская Национальная библиотека, г. Санкт-Петербург.

Материал публикуется с разрешения автора.

Источник

Эту страницу просмотрели за все время 441 раз(а) Следующая >>


Комментарии

ОтменитьДобавить комментарий