Вход на сайт / Регистрация RSS Контакты
Вера » 2014 » Мамина любовь
26.03.2014 / Комментарии 0

Мамина любовь

Рассказ Газета «Доброе Слово» №2


Эта история произошла со мной в далёком детстве. Мне было восемь, когда я потерял своих родителей. После этого я два года жил у бабушки, но затем меня отправили в интернат, так как бабуля больше не могла заботиться обо мне.

Я помню, как страшно мне было ехать в это место. Но история эта не обо мне, это история про 15-летнюю необычную девочку Юлианну, самую старшую и самую главную сироту этого дома.

Она была особенной. И дело даже не в том, что она могла ездить только в инвалидном кресле, нет. Она была всем весельчакам весельчак, всем драчунам драчун. Все любили эту девчонку. Она делала жизнь в детдоме насыщенной, интересной и веселой. Как у неё это получалось - не имею понятия, но она излучала такую ярую уверенность, что всё будет хорошо, что ты тоже начинал верить в это.

Как только я приехал в приют, она тут же подъехала ко мне и с серьёзным видом спросила:

- Ты кто?

Растерявшись, я буркнул:

- Мальчик.

На это серьёзное выражение начало сползать с её лица, уступая месту весёлому, с широкой улыбкой. и блеском в глазах

- Ну что, поехали, мальчик!

И обстоятельства сложились так, что мы сразу стали с ней лучшими друзьями. А может, она просто заметила мою природную робость и решила раскрепостить меня?

Приближался её день рождения, и я от всей души хотел сделать ей лучший подарок. Я начал расспрашивать всех и вся о том, что ей нравится, а в итоге узнал целую историю её жизни. Оказывается, мать её родила очень рано - в шестнадцать лет. Она родилась с недоразвитыми ножками, поэтому врачи гарантировали ей пожизненное проживание в инвалидной коляске. Также юной маме расписали все прелести жизни с инвалидом, и она тут же подписала отказ от неё.

Тогда в голову мою прокралась замечательная, как мне казалось на тот момент, идея: найти её маму. С одной стороны, я знал, что это немного нереально, но с другой - свято верил в чудо. И оно произошло.

Как обычно, накапливая деньги, каждую субботу я бегал к телефонной будке, открывал телефонную книгу и подряд обзванивал всех Семёновых - такая была их фамилия. Мне отвечали папы, бабушки, дедушки, дети, но никогда - мамы. И вот, уже отчаявшись, запихивая в автомат последнюю монетку, я решил выбрать из оставшихся девяти фамилий одну наугад. Закрыв глаза, я ткнул пальцем в середину листа и, открыв их, прочёл: Евгения Семёнова. Чувствуя, что вот оно, вот оно чудо в живой ситуации, что это не может быть не она, я трясущимися пальцами начал набирать номер, перепроверяя каждую циферку. Что-то внутри подсказывало мне, что это именно та мама. Наконец в телефоне раздались протяжные гудки. Я ждал, крепко сжимая во вспотевших ладонях трубку. Один, два, три... Наконец раздался щелчок!

Я был уверен, что на том конце провода подняли трубку, но связь неожиданно прервалась. Я не верящим взглядом уставился на автомат. Этого просто не может быть. От неожиданного осознания произошедшего и огромной обиды от такой несправедливости из глаз покатились слёзы. Я готов был сломать, разрушить всё, убежать далеко-далеко и никогда больше не возвращаться! Это-то я и хотел сделать, с силой распахнув тяжёлую стеклянную дверь будки, но с размаху влетел во что-то сине-полосатое.

- Мальчик, с тобой всё хорошо? Этот голос! Я задрожал, не в силах шевельнуться. Мне страшно было поднять лицо, страшно было ошибиться, но я всё-таки решился. Одним резким движением вздёрнув голову так, что в шее что-то хрустнуло, под удивлённый вскрик молодой женщины, я увидел это лицо. Практически точную копию лица Юлианны. Да, это было чудо! Я помню, как она отвела меня в кафе неподалёку, как накормила мороженым и как пыталась понять мою сбивчивую историю. А когда поняла, она долго - долго плакала.

В последующие дни я как будто не ходил, а летал от счастья. Конечно, у меня ведь всё получилось! Именно сегодня, в день рождения Юлианны, к ней приехала её мама. Сейчас они сидели у директора в кабинете, явно обсуждая, как скорее мама сможет забрать дочь. Я был настолько горд и возвышен своим поступком, что мне до жути хотелось услышать, что же там происходит. Именно поэтому я оставался прямо напротив плотно закрытой двери, так как действовал я исключительно из добрых побуждений, подслушиванием я это не считал и думал, что имел вполне законное право услышать слова, причиной которых был я. И первое, что я услышал, повергло меня в глубочайший шок.

- Маленькая моя, прости меня, но сейчас я не могу, - голос мамы был печальным, и от этой печали мне захотелось плакать, но ещё больше меня испугал голос самой Юлианны. Она говорила несвойственно ей тихо, словно пытаясь скрыть что-то большое.

- Мам, но, может быть...

Не дав ей договорить, женщина зашмыгала носом и заговорила:

- Я страдала! Я всю жизнь видела тебя во снах! Ни одного дня мысли о тебе не покидали мою голову! Но понимаешь... я не смогу сейчас поднять нас обеих. Обещаю тебе, как только я получу работу, мы тут же переедем ко мне. Прости, моя маленькая, клянусь, я... Так и не сумев договорить, она зарыдала. А сквозь её всхлипы послышался вздох Юлианны.

- Знаешь, мам, - эти слова бризом влетели в комнату - Я действительно не держу на тебя зла.

Женщина с надеждой подняла заплаканное лицо.

- Я... Пятнадцать лет жила без тебя. И не хочу, чтобы ты винила себя. Мне тут действительно хорошо. Если бы ты не оставила меня, я бы не стала такой, как сейчас. У меня не было бы столько друзей! А без меня тут пока никак.

- Мой зайчик! - видимо, её маму эти слова сильно утешили. Она подбежала к коляске и начала покрывать лицо моей подруги поцелуями. - Я буду приезжать к тебе! Присылать подарки! И ты будешь приезжать ко мне, хорошо?         

- Да, мам... - как-то совсем грустно ответила Юлианна.

Этим же вечером я сидел на кровати смотревшей в окно подруги и не уставал спрашивать:

- И что это было?

- Разговор, - в который раз ответила она, а затем вдруг сказала:

- Не делай так больше. Никогда. От её слов я почувствовал ужасную обиду и негодование. Я же для неё старался!

- Но ты же хотела её увидеть! Я побегу к ней ещё раз и ещё, адрес я знаю...

- Нет! - я замолчал, удивлённо уставившись на неё, а она уже тише, но уверенно продолжила.

- Пожалуйста, не нужно мучить её. Эта рана, на её сердце, никогда не зарастёт. И то, что она увидела меня, - это хуже любой соли, понимаешь? Я хочу, чтобы она жила без грустных мыслей. В своё удовольствие, понимаешь?

- Да...

- Обещай, что не будешь ходить к ней! Обещай! Крести сердце! - она наехала на меня так стремительно, что я упал и быстро перекрестил сердце. Удостоверившись, что я дал слово, она вновь отъехала к окну комнаты.

- Странная ты, - заметил я.

- Это ты странный, - засмеялась Юлианна. А потом она закинула голову наверх и широко распахнула глаза.

Прождав пару минут, я уже хотел было начать говорить, но услышал её тихий, сбивчивый шёпот:

- Видел, какая она молодая... у неё будет муж, семья, прекрасные, здоровые дети... зачем ей такая обуза, как я?

И только тут я понял. Великая гроза всех драчунов плакала.

За последний год мама Юлианны приехала только дважды. А потом и вовсе пропала. Нарушив обещание, я снова побежал к ней домой, но с удивлением обнаружил, что он пуст. Вскоре после этого меня взяли под опеку очень хорошие люди. Я вырос, нашёл работу, женился, но до сих пор помню Юлианну, хоть больше никогда и не встречал её. Она осталась в моей памяти как яркое пятно в серости моего детдомовского детства.

Анна ПОДЫМОВА,

12-б класс, 12-я ср. шк.

<< Предыдущая Эту страницу просмотрели за все время 4260 раз(а) Следующая >>


Комментарии

ОтменитьДобавить комментарий