Вход на сайт / Регистрация RSS Контакты
Религия » Территория Веры и Надежды
27.08.2016 / Комментарии 0

Территория Веры и Надежды


Лето – время активных паломнических поездок православных верующих. Люди отправляются в монастыри за сотни, тысячи километров, чтобы за время отпуска сполна дать пищу своей душе и потрудиться на благо Господа и носителей и хранителей нашей Веры. Конечно, каждый паломник едет в монастырь со своей целью. А вот все болящие, как правило, едут за исцелением. Это люди, хранимые самим Господом.

С болящим Александром (диагноз – деменция, как последствие некогда случившихся травм головы) и православными лиепайчанами мы уже второй год подряд решили посетить Пюхтицкий женский монастырь. Наш путь лежал в Эстонию как раз на Лиго, когда наши горожане готовились к празднику: закупали сыр и пиво, приготавливали шашлыки и отправлялись за город на природу отмечать праздник летнего солнцестояния. Нас же позвала к себе в неблизкий путь – за 600 километров на север Эстонии сама Владычица – Пресвятая Богородица.

Почему мы ехали именно в Пюхтицу? Потому что прошлогодняя поездка в этот женский монастырь дала возможность понять и прочувствовать, как благостно пребывание в этом райском месте для болящего. По возвращении Александр стал не просто вполне осознанно поддерживать разговор, но и чаще выражать обычные человеческие эмоции: больше улыбаться, быстрее реагировать на юмор и сам шутить, больше проявлять теплоты в отношениях с близкими. Прежде уже несколько лет эти эмоции были далеко запрятаны у него где-то на донышке души. Думаю, этому во многом способствуют лекарства. С медикаментами так и есть: одно – лечим, другое – калечим. Психотропные вещества приглушают в человеке все человеческое, делая его растением: человек ест, пьет, но не радуется, почти не улыбается, равнодушен к своим родным и близким, как цветок, который только тем и радует, что просто живет. Жить с человеком-растением не просто сложно, тягостно, но и больно.

Поэтому близкие такого больного, узнав о неизлечимой болезни, обращаются за помощью к самому Богу. И Господь отзывается на их просьбы. Почему мы едем в Пюхтицу именно на Лиго? Потому что именно в этот любимый латвийцами праздник у Александра умерла мама, проживавшая в Беларуси. Случилось это более 10 лет назад. Но сердечная связь, соединявшая его с родным человеком, в эти дни становится, как никогда, ощутимее и чувствительней.

Помню его первый праздник Лиго после страшного приговора врачей о том, что болезнь неизлечима. Это было в Лиепае, в солнечный летний день. Александр ходил по квартире, как обычно, разговаривая сам с собой. И постоянно повторял один и тот же вопрос: кто же отвезет меня на вокзал?

– А зачем тебе на вокзал? – удивилась я.

Но вспыхнувший импульс памяти и просветления снова исчез, и болящий ответил на мой вопрос привычным молчанием.

По зову СЕРДЦА МАТЕРИ…

Я стала анализировать ситуацию и ... О, завтра же Лиго! Именно в этот день более 10 лет назад мы ехали в Беларусь хоронить его маму. Значит, она снова позвала к себе сына, и он снова стал собираться в дальнюю дорогу.

И тут я вспомнила главу из дневника неизвестного священника «Каждый день – подарок Божий», который был настольной книгой императрицы Александры Феодоровны, жены Николая II. «Память сердца» – так называется эта глава. Священник пишет, что если у человека исчезает память ума, тогда активнее начинает работать память сердца. Особенно это касается людей, которые духовно были очень тесно связаны в сознательной  жизни.

«Обыкновенно принято считать память свойством ума. Но мне кажется, что самая твердая память есть память сердца. То, что мы сохраняем в сердце, не испаряется, не теряется никогда, оно остается вечно живо. Многие жалуются на забывчивость, но не происходит ли это большею частью от равнодушия? Если бы мы относились более сердечно к нашим обязанностям, мы бы не забывали о них. То, что мы любили в прошлом, оставляет неизгладимое впечатление в нашем сердце и уж забыться не может», – пишет священник. И советует нам: «Как бы следовало развивать эту сердечную способность! У нас есть сердечные очи, есть духовный слух, которые восприимчивее ко всему духовному, чем телесные наши свойства. Так же и суждения сердца часто гораздо разумнее, чем холодное определение ума. Как живо восстает в нашем воображении давно минувшее, когда оно дорого нашему сердцу!»

Я вспомнила слова моей свекрови, которая незадолго до нашей свадьбы призналась, что из всех пятерых своих детей она по-прежнему больше всех любит своего первенца Сашу. Я видела, как при редких встречах, когда мы с ним стали одной семьей и жили в Лиепае, они подолгу сидели вдвоем и просто говорили по душам. Я старалась им не мешать. Знаю, у матери с сыном ВСЕГДА есть о чем поговорить наедине. Я ценила их желание оставаться вдвоем. Уверена, мамина мудрость важна была для моего Саши, а его душевные откровения – для неё. Своим жизненным опытом она, наверняка, ему в чем-то подсказывала. И чем-то поддерживала. Сердцу матери и сердцу сына тогда было необходимо побыть вместе, и им было хорошо вдвоем.

И сейчас Сашу настойчиво звало сердце матери.

Поэтому я приняла решение: на Лиго мы всегда будем ездить в монастырь. Чтобы у моего мужа была возможость общаться со своей мамой. Это нам, грешным мирянам, кажется, что наши родители оставили нас, уйдя в мир иной. Но они с нами просто на время расстались. А душа их по-прежнему за нас беспокоится и болит. И зовет нас в храм, чтобы там мы могли с ними пообщаться. 

Но разве мы так часто ходим в храм, чтобы сделать приятное нашим родителями и утешить их? Раз в неделю по воскресеньям, да еще по Родительским субботам и большим православным праздникам. Изредка заглянем иногда в другой день.

Наверное, родителям нашим этого все же мало. Вот и зовут они нас еще в дни их памяти. И наша душа на их зов отзывается. Как я убедилась, душа болящего человека отзывчива острее. Это нам кажется, что она просто болит. Мы его так и называем - душевно больной человек. А его душа просто очень тонко чувствует. Да, она больна, изранена, потому так тонко все воспринимает. Человек убогий находится, по сравнению с нами, намного ближе нас к самому Богу. Он лучше нас видит и слышит то, что мы увидеть и услышать просто не способны. Потому что находимся далеко от Бога.

Значит, нам, мирянам, надо к Богу приближаться! Каждый это может сделать только ему доступным путем и ему известным способом. А скорее – путем, подсказанным и указанным ему самим Господом.

Но вернемся к нашей паломнической поездке в Пюхтицу. Каждое посещение этого святого места открывает паломнику что-то свое, особенное. Сколько открытий в этот раз Пюхтицкая Пресвятая Богородица приготовила и для нас!..

Обитель Добра и Милосердия?!

Новички познакомились с ней еще в дороге. Этому помог и фильм про «обитель добра и милосердия», который организаторы нашей паломнической поездки – Людмила и ее муж Андрей и наш водитель специально подобрали в длинную дорогу.

Так хотелось скорее туда попасть!.. Тем более, что мы с Александром жили еще воспоминаниями с прошлого года. И горели встречей с матушкой Зиновией – Божьей невестой, которая по-матерински приняла тогда нас в свой теплый монастырский дом и внешне очень напоминала нам Сашину маму. И не только внешне, но и своим материнским отношением к болящему. «Сашенька, сынок» – других слов в адрес моего мужа я за те три дня нашего пребывания и не слышала.

Вполне понятным было наше желание встретить в Пюхтице такое отношение и сейчас!..

Увы, не во всем, к сожалению, эти надежды оправдались... Нет-нет, я не мечтаю о каком-то особом отношении к себе и моему болящему мужу. Я убеждена в одном: Пюхтицкая обитель строилась прежде всего для сирот, бездомных и болящих. И князь Шаховской выделял свои средства на обитель, видя ее пристанищем для сирых и убогих.

Но уже на второй день нашего пребывания нам дали четко понять, что нас здесь не все ждали. Одна матушка так вполне внятно и сказала:

– Зачем вы привезли сюда болящего? У вас есть свой храм и свой священник, вот и обращайтесь к нему!

А одна прихожанка и вовсе бросилась на него со своим костылем, не на шутку замахнувшись и угрожая на полном серьезе (помоги ей, Господи!).

Понятно, такое неприятие болящего человека было вызвано его не совсем адекватным поведением в храме и попыткой пройти туда, куда мирянам строго не дозволено. Но для того, чтобы остановить его, достаточно было простого строго-доброжелательного замечания...

Правда, строгость монахини принесла и свои плоды. Александр наконец-то нашел свое место в храме. Как и следовало ожидать, это место было у распятия Христа. Он сел на стоящий рядом стул и долго-долго следил за полыхающими язычками горящих свеч. И долго-долго просто молчал. Может, слушал родной голос мамы и ее рассказ о своем пребывании у Господа? Или ее наставления, которые в мирской жизни здоровым физически он не всегда принимал? Или ее советы, как ему в этом сложном мире сегодня жить? Ведь ей, с высоты, все теперь виднее. А что она отошла ко Господу, у меня сомнений нет. Сердечным многодетным матерям только там может быть их почетное место!

Во славу Божию

Но были в эту нашу поездку в Пюхтицкий женский монастырь и великие радости. Их, слава Богу, больше. Прежде всего это наша встреча с Пюхтицкой Божьей Матерью и с нашей ставшей нам такой родной матушкой Зиновией.

– А я про вас уже спрашивала, узнав о приезде лиепайчан, – с этими словами матушка бросилась в мои объятия. И тут же обняла Сашу. Так мы и стояли втроем, как родные. Нам всем вместе было очень тепло и радостно!

Невольно подумалось: вот на таких душевных, искренних, сердечных и теплых матушках многие годы и держится Пюхтицкий женский монастырь. Моя духовная сестра Зиновия и в этот раз не решилась рассказать, что подтолкнуло ее сделать такой выбор – стать невестой самого Господа. Но я не сомневаюсь в одном – этот выбор правильный. Только такие люди, как матушка Зиновия, способны сделать Пюхтицкий монастырь обителью Любви и Милосердия. Она даже послушание для меня и мужа подобрала по силам: мы срывали молодые побеги на кустах смородины. Это была работа на свежем воздухе, не пыльная, по силам и полезная для монастыря. Эти сломанные побеги матушки высушивают, а затем используют их при соленьях, как чай, а также в качестве приправ.

Значит, и наше пребывание в обители оказалось для его сестричек полезным. А нам послушание добавило сил и радости, что и мы смогли что-то полезное сделать для монастыря. Нам удалось послужить не только Богу, но и людям, которые длинными зимними вечерами будут пить вкусный смородиновый чай, настоянный на листьях, собранных нашими руками. Спаси, Господи, за такую возможность и такое благо!..

Другие наши лиепайские сестрички ездили трудиться на поле, где пропалывали грядки, засеянные овощами. Правда, эту непростую для горожан работу на солнцепеке прервал густой летний дождь. О чем сестры очень пожалели. Ведь завтра мы должны отъезжать домой. А так хотелось помочь еще этой чудесной обители, у которой свое большое хозяйство, а силы поддерживать его ограничены. Поэтому хочется сказать нашим братьям и сестрам: езжайте в Пюхтицу! Ведь она, как сказал Иоанн Кронштадский, в трех ступенях от Царствия Небесного. И там вы не только душой пообщаетесь с Господом, но и поможете тем, кто каждый день возносит молитвы за всех нас в чудесных храмах Пюхтицкого монастыря. 

Спаси его, Господи!

С тех пор, как врачи вынесли моему мужу свой суровый приговор, мы каждое лето стараемся посещать монастыри. Побывали в Екабпилсской мужской обители, где просили Господа о помощи у знаменитой Екабштадской иконы Божьей Матери. Три чудесных дня провели в тихой сказочной обители под названием Пустынка – в филиале Рижского Свято-Троицкого монастыря. По мере сил трудились и, конечно же, молились, просили Господа о помощи и о том, чтобы послал мужу исцеление.

И Он отзывался на наш молитвы. Мужу становилось хоть немножко, но легче: он обретал спокойствие, становился уравновешеннее, принимал жизнь такой, какая она есть, не пытаясь изменить то, что выше его сил. Я поняла и убедилась воочию, что молитва обладает удивительной целебной силой. Я сполна поверила в искренность слов, некогда прочитанных мною в духовной литературе: православие - вершина медицины. Их сказал кто-то из духовно образованных людей, и сейчас я их полностью разделяю. Потому что мои наблюдения за болящим подтверждают их правильность. Спаси, Господи, за предоставленную возможность прикоснуться к этой вершине медицины.

Правильность этих слов подтвердил мне недавно и один прихожанин Лиепайского Свято-Никольского морского собора. Мы познакомились с ним в местечке Угале Вентспилсского края у храма в честь преподобного земли российской великого чудотворного Сергия Радонежского на приходском празднике. Сергей приехал туда всей своей семьей: с женой и сынишкой. Пока они слушали возносимые к небу молитвы, что разносились в храме и вокруг него, я услышала грустную историю со счастливым концом. Сергей поборол неизлечимую болезнь не с помощью лекарств, а получил исцеление по молитвам.

Вот какие чудеса дарит нам Господь! Вот как щедро отзывается на наши искренние молитвы Пресвятая Богородица! Вот как Ангел-Хранитель бережет нас всех – детей Божиих под своим большим крылом!

Спаси Господи и сохрани!

Территория Веры и Надежды

Именно так порой называют монастыри. И я с этим сейчас полностью соглашаюсь. Монастырь – это особая рукотворная достопримечательность. Это не просто место отшельников, это мощная энергетика добра и позитива, богатые возможности исцеления прихожан и паломников, территория Веры и Надежды на исполнение любой мечты!

Аполлинария Осенева

Фото прт. Игоря Трофимова и автора

На снимках: Лиепайские паломники в Пюхтицком женском монастыре (Эстония) и у храма преподобного Сергия Радонежского в Угале Вентспилсского храма.

<< Предыдущая Эту страницу просмотрели за все время 553 раз(а) Следующая >>


Комментарии

ОтменитьДобавить комментарий